Расскажи друзьям

«Причуды» Франсиско Гойи

«Капричос» (исп. Los Caprichos — «причуды») — знаменитая серия, состоящая из 80 офортов, которая была создана испанским художником Франсиско Гойей в 1799 году. Извещение об этом событии появилось в одной из мадридских газет почти сразу после того, как первые 300 экземпляров «Капричос» поступили в продажу: «Сеньор Франсиско де Гойя изготовил серию офортов на фантастические сюжеты. Из всех странностей и несуразностей, присущих нашему обществу, из многочисленных предрассудков и заблуждений автор отобрал те, что показались ему наиболее подходящими для фантастических и вместе с тем поучительных картин. Сеньор де Гойя далек от намерения с насмешкой или осуждением касаться определенных лиц и событий, его цель — заклеймить черты типические, пороки и извращения, присущие многим…»

Большинство людей, приходивших посмотреть на «Капричос», выставленные на продажу, не извлекали из них урока, не черпали познания, они лишь недоуменно перелистывали содержимое папки с офортами. Интересно, как на очередную публикацию «Капричос» отреагируют наши современники?

1. Определив, в каком порядке будут лежать листы, и пронумеровав офорты, Гойя стал придумывать для них названия. Если название получалось слишком «бледным», он прибавлял к нему коротенькое толкование. «Тантал» — такое название он дал рисунку, на котором любовник горюет над мертвой, исподтишка наблюдающей за ним возлюбленной, и высмеял в объяснении самого себя: «Будь он более учтив и менее назойлив, она, быть может, ожила».

2. В этом альбоме причудливых офортов художник изобразил буквально все, что приключается с женщинами города Мадрид. Они выходят замуж за уродливых богачей, они используют влюбленных простаков, они обирают всякого, кого только можно обобрать, а их самих обирают ростовщики. Офорт «Они говорят “да” и протягивают руку первому встречному» Гойя прокомментировал так: «Легкость, с которой многие женщины соглашаются на брак, объясняется надеждой жить в нем более свободно, чем раньше».

3. «Какая жертва!»: «Как водится, жених не из самых привлекательных, но он богат, и ценою свободы несчастной девушки нищая семья покупает благополучие. Такова жизнь».

4. «Родословная»: «Здесь стараются обольстить жениха, показывая ему по родословной, кто ее родители, деды, прадеды и прапрадеды. А кто она сама? Это он узнает после».

5. «Ее похитили!»: «Женщина, которая не умеет себя соблюсти, оказывается во власти первого встречного, а когда уже ничего не поделаешь, удивляется, что ее похитили».

6. «Вот они и ощипаны»: «Раз их уже ощипали, пусть убираются, другие придут на их место».

7. «Как ее ощипывают!»: «Но и на цыпочек находятся коршуны, которые обдерут их до перышка. Недаром говорят: как аукнется, так и откликнется».

8. Мадридские женщины любят и любезничают, горделиво прогуливаются и катаются в пышных каретах или, жалостно съежившись, предстают перед судом за распутство. При этом их неизменно окружает рой безнравственных щеголей, грубиянов и сводниц. Офорт под названием «Один другого стоит» Гойя объясняет так: «Немало было споров о том, кто хуже: мужчины или женщины. Пороки тех и других происходят от дурного воспитания. Распутство мужчин влечет за собой разврат женщин. Барышня на этой картинке так же безрассудна, как и щеголь, беседующий с ней, а что до двух гнусных старух, то и они друг друга стоят».

9. «Он даже и так не разглядит ее»: «А как же ему распознать ее? Чтобы узнать женщину как следует, мало лорнета. Нужен здравый смысл и жизненный опыт, а этого-то и недостает нашему бедняжке».

10. Под офортом, на котором секретарь священного трибунала читает приговор жрице любви, Гойя подписал: «Можно ли так дурно обходиться с честной женщиной, которая за кусок хлеба с маслом усердно и успешно служила всему свету! Безобразие!»

11. «Никто не знает себя»: «Свет — тот же маскарад. Лицо, одежда и голос — все в нем притворно. Все хотят казаться не тем, что они есть на самом деле. Все обманывают друг друга, и никого не узнаешь».

12. Гойя делает удивительно точные и актуальные даже для нашего времени наблюдения относительно самых разных жизненных ситуаций и проблем. Не обходит своим вниманием он и тему воспитания детей. Описание офорта «Вот идет бука» звучит так: «Пагубная ошибка в начальном воспитании состоит в том, что у ребенка вызывают страх перед несуществующим и заставляют его бояться буки больше, чем отца».

13. Офорт «Небрежное воспитание»: «Потворство и баловство делают детей капризными, упрямыми, заносчивыми, жадными, ленивыми, несносными. Вырастая, они становятся недорослями. Таков и этот маменькин сынок».

14. «Ведь он разбил кувшин!»: «Кто из них хуже?»

15. Франсиско Гойя высмеивает человеческие пороки: глупость, скупость, жажду наживы, безнравственность, предательство… Офорт «А не умнее ли ученик?» художник сопровождает метким комментарием: «Неизвестно, умнее ли он или глупее, но нет сомнения, что более важной, глубокомысленной особы, чем этот учитель, невозможно сыскать».

16. Офорт «Брависсимо!» Франсиско Гойя объясняет так: «Если для понимания довольно иметь длинные уши, то лучшего ценителя не найти; но как бы он не стал хлопать тому, что совсем плохо звучит».

17. «Вплоть до третьего поколения»: «Это бедное животное свели с ума знатоки геральдики и родословных. Оно не одиноко».

18. «От какой болезни он умрет?»: «Врач — отменный, способный к размышлению, сосредоточенный, неторопливый, серьезный. Чего же еще желать?»

19. «Точь-в-точь»: «Он заказал свой портрет — и хорошо сделал. Те, кто с ним не знаком и не видел его, все узнают по портрету».

20. «Доносчики»: «Из всех видов нечисти доносчики — самые противные и в то же время самые несведущие в колдовском искусстве».

21. «Чего не сделает портной!»: «Нередко приходится видеть, как смешной урод преображается в надутое ничтожество, пустое, но весьма представительное на вид! Поистине велико могущество ловкого портного и столь же велика глупость тех, кто судит по внешности».

22. «А у него горит дом»: «Пока пожарные насосы не освежат его, ему никак не удастся снять штаны и прервать беседу со светильником. Такова сила вина!»

23. «Зачем их прятать?»: « Ответ очень прост: потому что он не хочет их тратить, а не тратит их потому, что, хотя ему уже исполнилось 80, он все еще боится, что ему не хватит денег на жизнь. Столь обманчивы расчеты скупости».

24. «До самой смерти» — офорт, являющий перед нами мерзкую, грустную картину, сотни раз перепетую на все лады, — осмеяние стареющей кокетки. «Она прихорашивается — и очень кстати. Сегодня день ее рождения, ей исполнилось 75 лет, и к ней придут подружки». Но, как ни бедна идея рисунка, сам по себе он хорош. В этой старухе, жадно глядящейся в зеркало, нет назойливой морали, нет и пустой издевки, а есть бесстрастная, печальная, простая и голая правда.

25. Второй тираж «Капричос» был издан в королевской художественной типографии большим тиражом, комплект офортов можно было купить во всех крупных испанских городах. «Капричос» бойко раскупались, несмотря на то, что большинству они по-прежнему были непонятны. Люди только потому выкладывали за комплект офортов 288 реалов, что уж очень много шумихи и болтовни поднялось вокруг них. К офорту «Все погибнут» Гойя оставил пояснение: «Удивительно! Опыт погибших не идет впрок тем, кто стоит на краю гибели. Ничего тут не поделаешь, все погибнут».

26. Материал подготовлен при поддержке Центра пропаганды и развития творчества людей, страдающих психическими расстройствами, Дарьи Евсеевой evseeva-centre.ru

Информация о лекциях и мероприятиях Центра Дарьи Евсеевой — evseeva-centre.ru/meropriyatiya.

Смотрите также: «Поверженный демон» Михаила Врубеля

Рубрики: культура

Самые горячие темы

Новые посты

Система Orphus